Перейти к содержимому


Фотография

Судебная реформа - причины стагнации


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
В теме одно сообщение

#1 Гончар

Гончар

    Местный

  • Сократы
  • PipPip
  • 542 сообщений

Отправлено 06 December 2006 - 17:06

Судебная реформа - причины стагнации

Михаил Поздняков
Помощник судьи в Красноярском краевом суде, эксперт "России в Сибири"
I. Об уровнях проблемы
Осуществляемое в России на протяжении 15 лет реформирование судебной власти - это многоплановая деятельность, которую очень сложно охватить как целостную систему. Поэтому, как правило, рассматривается какой-либо один аспект. Это может быть как достаточно крупный блок - например, мировая юстиция, так и достаточно узкий вопрос по организации судебной деятельности, например, суд присяжных. Но проблема в том, что в настоящий момент не существует систематизации всех тех вопросов, которые должны быть отнесены к судебной реформе, не установлена между ними взаимосвязь, не определены их границы. В результате имеет место ситуация, когда происходит хаотичное перескакивание с одного вопроса на другой. В итоге в орбиту этой деятельности попадают вопросы, не имеющие прямого отношения к судебной реформе, например, вопрос о смертной казни. Но главное то, что публикации о судебной реформе, как правило, выполняют информативную функцию, а не аналитическую.

Для того, чтобы внести ясность в рассматриваемый предмет, необходимо разделить всю деятельность выполняемой в векторе судебной реформы по трем основным группам.

1. Реформирование структуры судебной системы, ее внутренних организационных принципов, создание механизмов для саморазвития, пересмотр типов взаимоотношений между звеньями судебной власти.

2. Пересмотр теоретических положений отраслевых юридических дисциплин а также реформирование принципов судопроизводства, наполнение национального законодательства общепринятыми принципами международного права.

3. Последовательное изменение законодательства в соответствии с принципами судопроизводства, нашедшими отражение в процессуальных законах и с учетом той структуры судебной власти, которая будет получена после завершения первого этапа.

Из сказанного, очевидно, что первая группа - это основа, фундамент, всех последующих действий, то что будет сделано на этом уровне определит качественность всех последующих действий. Сама судебная реформа должна представлять собою цепь последовательных действий, в которой переход на следующий более высокий уровень должен происходить только тогда, когда те вопросы, которые относятся к предыдущей группе уже решены. Иными словами, бессмысленно приступать к решению задач, относящихся ко второй группе, когда еще не преступали к решению задач первого (базового) уровня. Ведь в этом случае будет отсутствовать фундамент, и все созданные конструкции будут опираться на пустоту. В результате не приходится говорить о каком-либо качестве.

Нечеткость в понимании исследуемого предмета (судебная реформа) повлекла то, что до сих пор не констатировано, что сейчас в области судебной реформы присутствуют два параллельных направления находящихся в определенной изолированности друг от друга. Одно направление замкнуто в пределах системы арбитражных судов. Другое направление замкнуто в пределах системы судов общей юрисдикции. На сегодняшний момент основные импульсы по реформированию судебной власти связаны преимущественно с развитием системы арбитражных судов. В то время как система судов общей юрисдикции находится в тени. Процессы происходящие внутри этих двух структур различаются как небо и земля. Причина этого различия заключается в том, что суды общей юрисдикции шагнули в эпоху реформирования уже со сложившейся структурой. И все 'реформирование' было сведено на уровень косметического ремонта, вопрос о качественности самой системы даже не озвучивался. Для арбитражных судов начало 90-х годов это в прямом смысле слова начало становления. Применительно к арбитражным судам имела место тщательная проработка структуры. Она конструировалась под решение конкретных задач. Наверное, иначе быть и не могло, учитывая важность рыночных отношений в современной России, нет ничего удивительного, что система арбитражных судов оказалась в авангарде реформирования судебной власти. Однако если вопрос о качестве системы арбитражных судов прямым образом отражается на качестве разрешения экономических споров, то качество судебной системы судов общей юрисдикции прямым образом отражается на жизни всего населения, а соответственно и отношении людей к судебной власти. Тот низкий рейтинг, который есть у судебной власти это, в первую очередь, запущенность ситуации применительно к судам общей юрисдикции. Очевидно, что это положение неприемлемо, дальше нельзя игнорировать вопрос о качестве структуры, положенной в фундамент судов общей юрисдикции. В дальнейшем, в тексте настоящей статьи, вопрос о реформировании судебной власти будет рассматриваться применительно к судам общей юрисдикции. Это Верховный Суд Российской Федерации, краевые (областные) и приравненные к ним суды, районные и городские суды.

Ритм судебной реформы напрямую связан с политической жизнью страны. Безволие и паралич государственной воли в 90-е годы, обернулся крайне вялым ритмом по решению вопросов которые следует отнести к первой группе. В конце 90-х были приложены серьезные усилия по форсированию процедуры судебной реформы. Однако в силу запущенности, а по существу просто провала, начального этапа, имела место ситуация при которой происходило параллельное решение вопросов относящихся к разным группам. Все это привело к консервации той структуры судебной власти, которая досталась в наследство от СССР.

Все описание структуры судов общей юрисдикции, имеющееся в законах Российской Федерации, это воспроизведение II раздела 'Судебная система' Закона РСФСР 'О судоустройстве РСФСР' от (внимание!) 8.07.1981 года.

Вообще непонятно, почему этот закон до сих пор действует. Единственной разумной причиной того, что на смену этому закону не принят другой - это то, что нет понимания о том, что предложить ему на замену? Ведь изложенная структура уже воспринята, никаких попыток ее пересмотреть нет. Отменять и принимать то же самое глупо. Только привлечешь внимание общественности, а так практически никому нет дела до самого закона и его содержания. В закон периодически вносятся изменения, но даже и в этом измененном содержании есть много уже смешных положений (о выборах судей Советом народных депутатов или о праве председателя вносить протесты в президиум). Получается, что апатия к какому-либо реформированию структуры судов общей юрисдикции настолько сильна, что препятствует даже 'поддержанию в тонусе' указанного закона РСФСР.

В этом законе приведено деление судов на три звена (районные, краевые (областные) и Верховный Суд). Именно эта структура воспроизводится в статьях 19-21 Федерального Конституционного Закона от 31.12.1996 N 1-ФКЗ 'О судебной системе Российской Федерации'. Одним словом каких-либо попыток к пересмотру структуры судебной системы не было.

Проблема не в том, что структура судебных органов осталась без изменений. Ее изменение не является самоцелью. Тип организации основных звеньев подразумевает определенный принцип выработки и принятия решений, определенный механизм взаимодействия между звеньями, а именно это и определяет итоговый результат деятельности всей системы и его качество. Если обходить вниманием вопрос о соответствии принципа организации системы уровню поставленных задач, то изначально упускается из внимания базовое условие успешности всех последующих реформ. Доказывать, что политико-правовая реальность советского периода кардинально отличается от современных реалий - это тоже самое как доказывать, что черное это не белое. Следовательно, мнение о том, что структура судов советского периода адекватна сегодняшним потребностям, только потому, что она была эффективна в тот период, следует оценивать скептически.

Проблема структуры органов судебной власти - это центральный вопрос во всей судебной реформе. Причем следует детализировать, что вопрос заключается не только в тех крупных модулях, которые олицетворяются со звеньями судебной системы (районный, городской, краевой, Верховный), а в тех особенностях взаимодействия между этими звеньями которые существовали и существуют. Хотя эти особенности вовсе нельзя назвать законодательно закрепленными.

II. Закона нет, есть традиции
Анекдотичность ситуации в том, что, вся та деятельность, которая происходит внутри судебной системы, и направлена на решение узловых вопросов, формально не может быть отнесена к юридической проблематике. Поскольку не существует никаких нормативных предписаний, детально определяющих принципы, методы и формы осуществления внутренней организационной деятельности. Все те законы, которые отнесены к деятельности судов общей юрисдикции, остаются в области общих словесных формул и не содержат в себе рекомендаций с надлежащим уровнем детализации, без которых невозможно представить себе существование ни одной сложной системы [1] . Самым подробным из существующих законов, затрагивающих вопросы по организации судебной деятельности, является Закон 'О судоустройстве РСФСР', что является дополнительным аргументом к его сохранению. Это факт доказывает, что после 1991 года не предпринималось глубокого осмысления структуры судебной власти и их внутренних организационный принципов.

Применительно к деятельности судов общей юрисдикции к злободневным вопросам, требующим детальной регламентации могут быть отнесены:

1. выработка объективных критериев оценки качества профессиональной деятельности;

2. порядок наработки подходов к решению практических ситуаций, в том временном ритме, который бы позволял говорить о наличии единообразия судебной практики;

3. подготовка судебных кадров.

Нельзя сказать, что эти вопросы не решаются. Деятельность судов общей юрисдикции невозможна без обращения к этим вопросам. Но нельзя также и утверждать, что присутствует выход на уровень с требуемым качеством. Как правило, это в разных пропорциях смесь следования традициям, новых указаний и самодеятельности. В силу того, что нет единого органа, который бы скорректировал все, что происходит в стране по указанным направлениям, говорить о выработке единой стратегии по развитию судов общей юрисдикции преждевременно. Верховный Суд с этой задачей не справляется.

На сегодня основным стержнем, объединяющим решение узких вопросов по организации судебной деятельности - это традиции. Понятно, что такой ситуация была не всегда. Все то, что воспринимается сейчас, как традиция было когда-то рождено как ведомственные инструкции, которые, безусловно, дополнялись и переписывались. Но с того момента, как министерство юстиции оказалось отрезано от организации судебной деятельности, все эти распоряжения оказались 'за бортом' судебной системы. Я думаю есть люди, которые знают об этих инструкциях. Но что это меняет? Юридическая сила этих документов сомнительна, а роль нулевая. Ведь сегодняшняя организация деятельности по наиболее важным внутренним направлениям - это либо исполнение традиций, либо местечковая самодеятельность неизвестного качества.

Таким образом, любая попытка исследовать детали в организации судебной деятельности, не будучи интегрированным в судебную систему, наталкивается на два тяжело преодолимых препятствия:

1. нет каких-либо четких правовых предписаний детально регламентирующих решение внутренних организационных вопросов.

2. Вся проводимая работа, которая по сути и выступает предметом исследования 'скрыта' от наблюдателя, сам тип функционирования системы не связан с публичностью.

Рядовой метод исследования правовой реальности, а структура судебной власти должна быть отнесена к ней, включает в себя оценку фактов на предмет их соответствия правовому предписанию. В отношении же анализа структуры судов общей юрисдикции этот метод можно применить со множеством оговорок. Детальных правовых предписаний нет. Получается, что разговор ведется не о качестве правового предписания и его исполнении, а о традиции, которую, по большому счету невозможно оценить с формально-юридической точки зрения. Это является условием того, что все недовольство организацией судебной деятельности, которое в массовом порядке констатируется людьми, не может быть подведено к точке за которой следует практическое решение.

Есть серьезные препятствия к тому, чтобы человек находящийся за рамками судебной системы осуществил объективное исследование, а сами работники судебной системы не спешат быть непредвзятыми. Поэтому в настоящий момент присутствует вакуум работ выходящих на анализ качества структуры судов общей юрисдикции и ее адекватности сегодняшнему дню. Однако эта задача существует, и она должна быть решена.

III. О пороках советской судебной системы
Правильнее, конечно говорить не о пороках, а об особенностях, которые были заложены в конструкцию советского правосудия, и, надо признать, позволяли достаточно эффективно решать поставленные тогда задачи. Но с крушением той политической силы, которая эти задачи ставила (КПСС) вся судебная система оказалась в иной реальности и на повестку дня были поставлены новые задачи. И именно применительно для решения этих задач 'важные характеристики советского правосудия' предстают порочностью всей системы.

3.1 Ведомственный контроль это главное
Функция контроля за правосудием - это центральная идея советской судебной системы. Все было завязано именно на решение этой задачи. Это достигалось двумя шагами. Первый - это установление приоритета партийных принципов над процессуальной сущностью судебной деятельности. В СССР этот постулат сомнений не вызывал. Второй шаг - это выстраивание процессуальных механизмов позволяющих отменить любое судебное решение. В результате была рождена надзорная стадия. [2]

Когда разбираешь по кирпичикам надзорное производство нельзя не восхищаться гениальностью ее авторов. Сила их интеллекта такова, что их аргументация побеждает и сегодня! Хотя проблематично найти разумное обоснование для сохранения надзорной стадии. Я уверен, что любой среднестатистический человек, занимаясь анализом надзорной стадии, неизбежно выйдет на ее абсурдность. Но то факт, что сейчас у надзорного производства есть свои 'певцы', говорит в первую очередь об их нравственном выборе, о готовности восхвалять все что угодно.

Сложность проблемы с надзорной стадией в том, что ее нельзя просто выбросить, оставив все основные слагаемые действующей судебной системы. Надзорное производство - это был стрежень всей судебной системы, и он им остается. Решение должно быть целостным и отказ от надзора должен идти параллельно с демонтажом всей системы и, соответственно, выстраиванием новой. Эта проблема очень сложная. Сама ее постановка рассматривается многими как 'покушение на правосудие'. Поэтому, учитывая популярный характер настоящей статьи и ее объемы, пока вынужден ограничиться только озвучиванием проблемы. Думаю в дальнейшем преставится возможность аргументировать этот тезис и обозначить конкретные шаги по решению этого вопроса.

3.2 Исполнять и подчиняться
Судья в советском государстве - это всегда был чиновник, исполнитель. Все совершалось с оглядкой на вышестоящую инстанцию. При этом сама суть вопроса (судьба человека) отходит на второй план. Соответствие внутренним инструкциям - это было всегда главное. Иных критериев не существовало. Выпадение из логики 'конкретного руководства судами и адвокатурой' (выражение взято из должностной характеристики высокопоставленного чиновника, к компетенции которого и было отнесено эту деятельность организовывать), влекло остракизм, что для нормального человека нежелательно. Никакой утери этой советской составляющей не произошло, наоборот она приобрела уродливые формы. Понятно, что исполнение закона - это важная составляющая правосудия. Но проблема в том, что, во-первых, сейчас есть большие проблемы с правовой определенностью. А, во-вторых, стиль организации судебной работы осуществляет большое пространство для субъективного мнения. Нет, общих и адекватных критериев по оценке профессиональной деятельности. В результате каждый нижестоящий судья, всегда выступает потенциально 'виноватым'. Факт того, произойдет это или нет, в каждой конкретной ситуации зависит от разных причин. Главное, что сама структура системы не нацелена на отказ от этой неопределенности, при которой все делается с оглядкой на вышестоящее лицо, а не на суть рассматриваемого вопроса.

Все сказанное не умаляет существование принципиальности. Речь идет о ситуациях выходящих за грань типичных, когда судья должен выступить судьей, а не телефонистом, который отказывает себе в праве 'определять реальность' и с радостью хватается за возможность 'преложить ответственность'. Именно этим объясняется популярность среди практических работников Бюллетеня Верховного Суда, в нем даются готовые инструкции, и непопулярность научных изданий. Ведь после прочтения проблемной публикации так и неясно 'что писать то?', а главное это не позволяет уйти от ответственности за принятое решение. Логика и научная аргументация в рамках судебной системы это блеклый довод в сравнении с инструкцией вышестоящего должностного лица. Все это не только не повышает авторитета судебной процедуры, но и негативно отражается на ритме формирования судебной практики.

3.3 Рассмотрение себя объектом, а не субъектом общественных отношений
В СССР суд всегда был адресатом властных посылов. Он всегда ждал и дождался. По сути, в то время все были лишены права быть субъектом социально-политических отношений. Но сейчас суд оказался возведен на уровень независимой ветви власти, и как показывает реальность, чувствует себя в это положении крайне неуютно. Именно в этом причина нерешительности в отношении всего, что вызывает общественный резонанс и стремление уйти в тень. Примеров масса, но приведу самый очевидный - по большинству судебных дел проводятся открытые судебные заседания. Попробуйте пройти, просто так. Вас обязательно запишут, и выяснят по какой причине вы хотите попасть именно на это дело. И не факт, что вы в итоге туда попадете. Я уж не говорю о сложностях связанных с выдачей копий процессуальных документов. Одним словом судебная система тяготится публичностью, преобладают тенденции к закрытию, сужению каких-либо информационных потоков выходящих за рамки системы. А без этого сложно представить реальное исполнение той роли, которая сегодня отведена судебной власти.

3.4 Проблема правовой определенности
Масштабное изменение, а зачастую и появление новых законодательных норм ставит на повестку дня вопрос о единообразии судебной практики. В пределах субъекта федерации эту функцию 'де-факто' выполняет соответствующий суд (областной, краевой). При этом возможна ситуация когда применение одной и той же правовой нормы приводит к различным толкованиям, в соседних регионах. Усмирение этих тенденций сегодня возложено на Верховный Суд.

Недостаточность существующего подхода в том, что этот процесс никак нормативно не определен. Это означает, что процесс формирования единообразного понимания правовых норм не имеет временных рамок. Другая проблема этого процесса, опять же проистекающая от отсутствия нормативной определенности, это слабость реально действующих механизмов по доведению определенного суждения до адресата. Правоприменительные вопросы могут возникать на любом уровне судебной системы, для того, чтобы его актуальность была воспринята высшим судебным звеном должен пройти определенный период времени. Получает распространение тенденция, при которой Верховный Суд ждет кристаллизации практики, а потом дает им оценку в руководящих разъяснениях. Такие объективные факторы как количество субъектов, географическая удаленность выступают дополнительными условиями того, чтобы процедура выработки единообразного понимания правовой нормы растягивается на длительный срок, иногда это годы.

В результате сложилась ситуация при которой большой массив актуальных вопросов выпадает из механизма направленного на выработку единообразного понимания. Это создает ситуацию, при которой судебная практика фактически сложившаяся в каком-то определенном субъекте федерации в определенный момент разворачивается на 180 градусов. Избежать подобного поворота, сегодня возможно либо при затягивании принятия решения, в ожидании разъяснений, что приводит к волоките, либо к выработке 'усредненных решений', что также нельзя признать фактором, повышающим авторитет судебной власти.

Если в пределах системы арбитражных судов это задача по формированию правовой определенности решается эффективно, во многом, кстати, благодаря тому, что институт надзора нацелен именно на ее решение. В системе же судов общей юрисдикции не произошло выхода на задачу формирования единообразия судебной практики как центральную. Надзорная стадия не работает на развитие правовой определенности. Поскольку никто этот вопрос не ставит, то и не идет речи о том, чтобы вся активность по надзорному рассмотрению вносила какую-либо стабильность в судопроизводство.

3.5 Неспособность быть властью
Не могу утверждать, что это окончательное перечисление 'достоинств' той системы судов общей юрисдикции, которая существует и сегодня. В действительности их гораздо больше. Все особенности взаимосвязаны и представляют совокупность. В зависимости от глубины исследования из общего спектра может быть выделено разное количество характеристик, Для задач настоящей публикации сказанного достаточно. Обобщая вышеизложенное можно вывести вывод о том, что при сохранении сегодняшней структуры суды общей юрисдикции никогда не станут властью. Это во многом, узловая идея советского правосудия, есть сердце той структуры судов, которая была сформулирована в СССР и воспроизведена сегодня. Установленные характеристики раскрывают себя именно в привязке к структуре судов, а не личностям людей в них работающих. Это очень важное отступление, поскольку сегодня любой вопрос о качестве судебной деятельности переводится в область личных качеств, а вопрос о фундаментальном значении принципов организации системы замалчивается.

Основываясь на анализе структурных особенностях судебной системы представленной в судах общей юрисдикции. Можно констатировать, что сегодня суды общей юрисдикции генетически неспособны стать Властью. И невозможно преодоление этого тезиса никаким волевым усилием, без выхода на понимание ущербности всей структуры.

IV. Игра в советскую власть продолжается
Сегодня суды общей юрисдикции это заповедник советской власти. Именно с этим надлежит связывать все то несоответствие деятельности судов вызовам времени, которое имеет место, которая имеет место. В пределах судов общей юрисдикции воспроизводятся те типы взаимоотношений, которые достались в наследство от эпохи развитого социализма. Косвенно это подтверждает именование структурных единиц ('Совет судей', 'президиум', 'председатель'). Как следствие все взаимодействие с обществом выстраивается так же на основе этих доставшихся в наследство механизмах. Это закрытость, безразличие к общественному мнению, непонимание того, что власть это ответственность перед обществом, и только уже после этого статус и льготы, неготовность быть активным участником правовой реальности (на каждом уровне имеет свои особенности) безынициативность. Понятно, что в таком виде ситуация сохранятся не может. В последнее время предприняты попытки микшировать тот негативный образ судебной власти, который неизбежно возникнет, как результат установленных характеристик. Но, я думаю, что сейчас все те немногочисленные интервью и издание журналов 'для самих себя' это не более чем способ мысленно уйти от ответственности, успокоить себя. Направление на открытость судебной власти так и не вышло на практический уровень, а так и осталась в пределах 'борьбы за имидж'. От того, как долго сохраниться слабость институтов гражданского общества зависит то, как долго продолжится существование судов общей юрисдикции в отрыве от реальности.

V. Есть ли выход?
В заключении хотел бы отметить, что не стоит связывать все то негативное, что исходит от несоответствия структуры судебной системы сегодняшнему дню, непосредственно с судьями. Трагичность ситуации в том, что благодаря, установленным сущностным характеристикам судебной системы, она не может быть изменена чьим-то личным усмотрением. Активность конкретного человека, внутри системы может существовать только как наполнение жизнью тех механизмов, которые уже существуют. Постановка вопроса о пересмотре основополагающих идей не повлечет никаких структурных подвижек.

Хотелось бы предостеречь от возможного глумления над проблемами судебной власти. Задача заключается в том, чтобы искать решения, что напрямую зависит от темпов развития гражданского общества. Это является общей задачей. Сегодня нет места 'советскому мышлению' как внутри судебной системе, так и внутри всего общества. А какое-либо злорадство по поводу сложностей испытываемых властью - это следствие незрелой гражданской позиции.

Крайне важно, избежать истерик, как вроде 'Караул! Убивают!', так и вроде 'Ату их!'. В работе по выстраиванию государственной власти на принципах суверенной демократии нет места ни для одного из указанных подходов. Вместо того, чтобы 'искать крайних', следует искать ту схему судебных органов которая должна придти на смену действующей. И в этом процессе, безусловно, найдется место всем.

Решение лежит только в плоскости кардинального изменения структуры судов общей юрисдикции. Необходимо отдельно конкретизировать, что постепенная эволюция невозможна. Необоснованность надежд на эволюцию более чем наглядно подтверждается, тем результатом, которым закончились попытки 'придать социализму человеческое лицо'. Специфика организации какой-либо деятельности по советскому образцу в том, что отрицается возможность саморазвития. Если бы это было не так, удалось бы избежать катастрофы 1991 года. Но увы, сама жизнь доказала невозможность этого.

Сейчас все акценты с негативным действием судебной системы смещаются на личности. Вопрос же с реформированием структуры заволокичивается. В результате уже выработан механизм по принципу ящерицы ритмично избавляться от людей или на всякий случай 'терзать нижестоящего', так сказать 'игра на зрителя'. Периодически появляются цифры о том, сколько лишено полномочий, сколько высечено. Но надо понимать, что это ложный путь. Большинство людей понимающих суть проблемы и ее злободневность интегрированы в судебную власть, и они понимают, что любые структурные подвижки затронут их лично. А начавшееся повышение зарплаты, которое, безусловно, правильное, намертво сковало анабиозом любые внутренние попытки реформирования. Хотя еще вопрос были ли они?

Проблема не только в тех структурах, которые закреплены в советском законе. Сегодня отсутствует понимание, в первую очередь внутри самой судебной системы о том, что следует делать и главное для чего? Вопрос об изменении качества взаимоотношений между звеньями судебной системы не рассматривается. Это табу. Потому что постановка этого вопроса повлечет постановку иного вопроса, а именно об обоснованности того структурного деления судов общей юрисдикции, которое сейчас существует. В результате нет даже попыток начать поиск решения, а любая такая попытка воспринимается как покушение на устои. Как, в общем-то было, и в советское время, когда желающих понять суть советской модели, и, возможно придать ей новый импульс, признавали идеологическими врагами и обходились с ними в духе времени.

--------------------------------------------------------------------------------

[1] В качестве примера могу привести результаты моего исследования о критериях оценки профессиональной деятельности судей, когда я ни нашел, ни одного приказа или распоряжения, на котором эта деятельность основана, хотя сам вопрос очень важен. См. Поздняков М.Л. О мониторинге судебной деятельности. // Судья ?7, 2006., С. 48-52.

[2] Подробнее об этом см.: Поздняков М.Л. Эволюция надзора в уголовном судопроизводстве/ Консультант плюс/ Комментарии Законодательства

Кремль.орг


#2 orel

orel

    Добрый Терминатор Зла

  • Жители HomeNet
  • PipPipPipPipPip
  • 3,586 сообщений

Отправлено 03 January 2007 - 10:36

Решение лежит только в плоскости кардинального изменения структуры судов общей юрисдикции. ...
...
Проблема не только в тех структурах, которые закреплены в советском законе. Сегодня отсутствует понимание, в первую очередь внутри самой судебной системы о том, что следует делать и главное для чего? Вопрос об изменении качества взаимоотношений между звеньями судебной системы не рассматривается. Это табу. Потому что постановка этого вопроса повлечет постановку иного вопроса, а именно об обоснованности того структурного деления судов общей юрисдикции, которое сейчас существует. В результате нет даже попыток начать поиск решения, а любая такая попытка воспринимается как покушение на устои.
С неослабевающим интересом прочел эту статью.
Автор, как профессионал своего дела, фундаментально обозначает вопрос судебной реформы в России.
Очевидно при этом, что надлежащая формулировка затрагиваемой проблемы выходит далеко за рамки сугубо юриспруденции, требует привлечения широкого круга экспертов и многоаспектного рассмотрения целей социального строительства современной России.




Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных