Перейти к содержимому


Фотография

Идея РУССКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ. Трактовка А. Янова


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 2

#1 orel

orel

    Добрый Терминатор Зла

  • Жители HomeNet
  • PipPipPipPipPip
  • 3,586 сообщений

Отправлено 19 October 2006 - 16:22

Александр Янов

СКОЛЬКО НА ЗЕМЛЕ ЦИВИЛИЗАЦИЙ?
Отрывок из трилогии Россия и Европа. 1462-1921

Три четверти столетия жила Россия с одной, но зато ?единственно верной? идеей. В 1991 году идея эта приказала долго жить. Не успели, однако, пропеть ей отходную, как тотчас начались в пропагандистском и гуманитарно-научном сообществах лихорадочные поиски заменителя. Новой, так сказать, национальной идеи, которая по прежнему всё бы нам объясняла и всех объединяла. Короче, исполняла функции покойной. Копья ломались долго. Но потом как-то нечаянно обнаружилось, что победительницей в этой перепалке оказалась идея ?русской цивилизации?.
Это бы, впрочем, с полбеды. Ну, тосковали бывшие преподаватели марксизма-ленинизма по усопшей ?единственно-верной?. Ну, бродили без неё впотьмах пропагандисты. Нашли, наконец-то ? и на здоровье. Беда, однако, в том, что, как знаем мы из горького опыта, идеи имеют у нас последствия вполне материальные. Ведь и властям предержащим тоже требуется как-то объяснять свою политику. В первую очередь, конечно, на международной арене. Тем более, что сейчас, как известно из авторитетных западных источников, происходит ?схватка цивилизаций? между иудео-христианским Западом и исламским Востоком. Может ли Россия как самостоятельная ?цивилизация? не занять позицию в этой ?схватке??
Многие, впрочем, склоняются к точке зрения Александра Дугина, что России делать в ней нечего. Разве только тихо радоваться, что нашлась, наконец, ?цивилизация?, пусть и одержимая средневековым фанатизмом, но способная бросить вызов нашему ?абсолютному, -- по терминологии того же Дугина, -- врагу?, Америке. Да и во внутренней политике идея полезная. Вот смотрите. У них ?цивилизация? западная, а у нас русская. Так разве не должно быть все у разных ?цивилизаций? разное, в том числе и демократия? У них, допустим, упразднение реального разделения властей считалось бы тиранией, а у нас считается оно суверенной демократией.
В мировой политике правильная с такой точки зрения позиция была бы: с одной стороны, формально участвовать в войне против исламского терроризма, а с другой, засветиться и на Исламской Конференции (Турция, хоть страна и мусульманская, сочла тем не менее ниже своего достоинства принять в ней участие, а Россия приняла). Такая вот на практике у нас ?цивилизация?.
В научном сообществе, призванном обеспечить теоретическое ее обоснование, ситуация тоже для этой идеи благоприятная. Здесь самым ярким свидетельством новой национальной идеи стала ошеломляющая метаморфоза историка, член.корра РАН А.Н. Сахарова, главного в прошлом блюстителя чистоты марксистских риз советской историографии, срочно перековавшегося в проповедники ?русской цивилизации? -- и вдобавок еще в неоевразийцы. (1) Что уж и говорить о менее значительных персонажах, которые наперегонки пишут учебники по ?истории цивилизаций?, учат студентов особенностям их современной ?схватки? и, вообще, совершенно уверены, что модная терминология, которую они употребляют, есть отныне ?единственно верный подход? к истории и политике. И, как прежде с марксизмом-ленинизмом, даже сомнений в этом у них не возникает.
Сомнения между тем есть. И серьезные. Ничуть не менее серьезные, чем были в свое время у диссидентствующих еретиков по поводу покойного марксизма-ленинизма.

ОТРЕЧЕНИЕ
Хотя бы потому, что, если в России эта внезапная победа официозного постмодернизма выглядит как простая замена одной догмы на другую, более политкорректную, то в большом мире ? мультицивилизационное? поветрие оказалось медленным и мучительным отречением от основ, заложенных столетия назад классиками политической мысли. В первую очередь, конечно, Аристотелем и Гегелем.
Во времена Аристотеля считалось, что главным отличием свободных людей от варваров является неотъемлемое право ?участвовать в суде и в совете?, служащее им самой надежной гарантией от произвола власти. Иначе говоря, свобода отождествлялась для Аристотеля с политической модернизацией. Ибо что же и есть на самом деле политическая модернизация (отвлекаясь на минуту от её институциональных сложностей), если не гарантии от произвола власти?
Даже в страшном сне не могло присниться Аристотелю, что варварская Персидская империя, пожелавшая в V веке до н.э. стереть с лица земли демократические Афины, есть всего лишь соседняя цивилизация, имеющая по сравнению с ними даже определенные преимущества (например, ?опыт имперостроительства?, как сказал бы сегодня А.Н. Сахаров). Теоретическую базу под этот удивительный с точки зрения Аристотеля постулат, ставящий на одну доску демократию и деспотизм, подвел, впрочем, американец Сэмюэл Хантингтон, провозгласивший, что ?каждая из цивилизаций по своему цивилизована?. (2)
Как бы то ни было, 24 столетия спустя после Аристотеля другой великий европейский мыслитель выразил его представление о цивилизованности и варварстве культур и народов в строгой формуле, гласившей, что ?всемирная история есть прогресс в осознании свободы? (или ?в обретении человеком внутреннего достоинства?, как сказал он в другом месте). Из этой формулы Гегеля вытекало вполне недвусмысленно, что народы, не ставящие себе целью, обретение внутреннего достоинства не являются цивилизованными. Или, что, по его мнению, то же самое, остаются варварами ? до тех пор, покуда они себе эту цель не поставили.
Мы можем сегодня не соглашаться с жестким детерминизмом Гегеля, но он был совершенно уверен, что непременно настанет день, когда цивилизованными станут все народы. До такой степени уверен, что внушил это убеждение даже сегодняшним своим последователям, включая Фрэнсиса Фукуяму, который, как известно, объявил в 1989 году городу и миру, что в связи с окончательной победой демократии (а, стало быть, и идеи ?внутреннего достоинства человека?) над её тоталитарными соперниками ? фашизмом и коммунизмом ? ?идеологическая эволюция человечества завершилась?. И печально добавил в заключение, что в результате этого конца истории ?жизнь станет, пожалуй, скучной?. (3)
Грусть Фукуямы оказалось, как мы знаем, преждевременной. Идея исламского Халифата не даст нам соскучиться, боюсь, еще долгое время. Впрочем, нет никаких оснований думать, что Гегель разделял это опасение ученика. Хотя бы потому, надо полагать, что, в отличие от него, помнил вещие слова своего современника
Лишь тот достоин жизни и свободы
Кто каждый день идет за них на бой.
И ?скучно? поэтому -- последнее из опасений, каким может быть описано это состояние ежедневного боя. Как бы то ни было, для отцов-основателей политической мысли цивилизованность означала движение человечества в сторону свободы. А пренебрежение внутренним достоинством человека было для них неотторжимо от варварства.
ТЕЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ ИЛИ ИСТОРИЯ?
Увы, день, когда европейские мыслители отреклись от своих классических учителей, настал намного раньше всеобщей свободы. Они сочли Аристотеля и Гегеля закосневшими в ?европоцентризме?, чтоб не сказать просто отжившими. Арнольд Тойнби решительно обличил их ?эгоцентрические иллюзии? и ?провинциальное высокомерие?. (4) Фернан Бродель с неменьшей горячностью призвал читателей осознать, наконец, ?великие культурные конфликты человечества и множественность его цивилизаций?. (5) А Освальд Шпенглер и вовсе приравнял аристотелевское представление о варварстве к птолемеевской модели мира и представил себя кем-то вроде Коперника, возглавляющего ?мультицивилизационную? революцию в истории и политике. Короче говоря, сердились все они на на классиков очень сильно, рассматривая их заботу о внутреннем достоинстве человека как совершенно неподобающую серьезным ученым.
И, естественно, обнаружили во тьме варварства множество цивилизаций, пусть нисколько не озабоченных гарантиями от произвола власти, но вполне тем не менее равноценных, по их мнению, аристотелевскому свободному миру. Справедливо указывали при этом серьезные ученые на достижения многих, хоть и живших в свирепых деспотиях, но ?по-своему цивилизованных? народов в области архитектуры, астрономии, алгебры, изящной словесности и вообще во всех сферах культуры, не имевших отношения к политике и неспособных поэтому бросить вызов власти деспота. Так или иначе, варварство исчезло из их лексикона. И с ним исчезли критерии цивилизованности культур и народов. Отныне Персидская империя могла претендовать на статус ?цивилизации? ничуть не меньше демократических Афин.
Одно лишь упустили из виду постмодернистские мыслители: вековой деспотизм не проходит даром. Отсутствие политической модернизации, всё то, что Аристотель считал варварством, оказалось способно и на самом деле законсервировать народы в средневековье. И страшно впоследствии аукнуться. Например, сегодняшним исламским фанатизмом.
Я не знаю, чьим именно открытием было это торжество политического ? и морального ? релятивизма. Нет сомнения, однако, что авторитетом эту новую ?мультицивилизационную? парадигму наделили основополагающие работы Арнольда Тойнби Наука истории (6) и Фернана Броделя История цивилизаций(7), а популярной в широких элитных массах, особенно в России, сделала её уже упомянутая Схватка цивилизаций Сэмюэла Хантингтона.
Эти солидные ученые книги нанесли почти столь же сокрушительный удар по классической формуле цивилизованности, как самодержавная революция Грозного царя по социально-политическому устройству Москвы Ивана III. Я не уверен, можно ли еще спасти классическую формулу от этого нового, варварского, если угодно, нашествия постмодернистской конницы. Во всяком случае, у меня перед глазами пример, который заставляет в этом усомниться.
Я говорю о знаменитом современном историке Иммануиле Валлерстайне. Именно под его пером предстала перед нами большая часть прошлого человечества ? с VIII века до н.э. и до 1500 года нашей ? как некий грандиозный провал во времени. Исключения, понятно, были. Например, классические Эллада и Рим, заложившие основы современной философии, политической мысли, истории, юриспруденции, не говоря уже о категориях свободы и ограничений власти, о демократии, монархии и республике. Одним словом, всего, что в представлении Аристотеля противостояло варварству.
При всем том классические Эллада и Рим не сумели обеспечить непрерывность исторического процесса. В результате их тоже, согласно Валлерстайну, поглотила бездна, т.е. гигантская варварская Ойкумена, напрочь лишенная политической динамики (а, стало быть, и движения в сторону свободы) и остававшаяся поэтому вне истории и уж во всяком случае вне цивилизации.
И что же? Уберегла Валлерстайна его собственная историческая концепция от того, чтобы оказаться самым преданным из учеников Фернана Броделя, убежденного, как и Хантингтон, в том, что вся тогдашняя Ойкумена была ?по своему цивилизована?? Отнюдь. И получилось вот что. В качестве лидера мегаисторической школы в современной историографии Валлерстайн нисколько не сомневается, что существование всех этих варварских ?цивилизаций? сводилось, говоря его собственными словами, ?лишь к процессу расширения и сокращения [имперских территорий], которое, похоже, являлось их судьбой?. (8) Зато в качестве руководителя Центра Фернана Броделя он тем не менее обязан усматривать в этом бессмысленном ?процессе? некий высший ?цивилизационный? смысл.
Но ведь в этом противоречии как раз и состоит главное различие между классическим и постмодернистским подходами к истории и политике. Если классический подход кладет в основу общественного движения категории свободы и человеческого достоинства, внося тем самым в прошлое смысл и превращая течение времени в историю, то ?мультицивилизационный? подход проделывает прямо противоположную операцию, превращая историю в бессмысленное течение времени ? в процесс расширения и сокращения территорий.

МАСКАРАД
Если тем не менее столько первоклассных умов (и еще больше их эпигонов) освятили своим авторитетом именно эту ?противоположную операцию?, то попытка пробить в ней брешь выглядит в наши дни предприятием довольно безнадежным. И все-таки давайте попробуем.
Начнем с постмодернистского определения цивилизации. Вот как выглядит оно у Хангтингтона: ?Цивилизацию определяют как общекультурные элементы ? язык, история, религия, обычаи, институты ? так и субъективная
самоидентификация?. (9) А.Н. Сахаров ? в постмарксистской, понятно, своей ипостаси ? согласен: ?Характер, привычки, традиция живущих в стране людей... отличия от других обществ. Это и называется цивилизацией?.(10)
Дело здесь даже не в том, что ?прогресс в осознании свободы? или ?внутреннего достоинства человека?, не говоря уже об ?участии в суде и в совете?, которые некогда отделяли цивилизацию от варварства, исчезли из этих определений бесследно (у А.Н. Сахарова они и вовсе заменены ?стремлением к удобствам, к комфорту... к материальному достатку?. 11). Беда в том, что непонятно, по какой, собственно, причине следует отныне называть все эти ?общекультурные элементы? цивилизацией, если испокон веков назывались они своим собственным именем, т.е. культурой?
Культур и в самом деле на белом свете много. Столько же, сколько народов: у каждого своя. Но вот А.Н. Сахаров почему-то пишет все это в рубрике ?Зарождение русской цивилизации? (не культуры, заметьте, а цивилизации, и не российской, а русской). Между тем даже Хангтингтон признает, что ?культура есть общая тема практически в каждом определении цивилизации?. (12) Признает и больше: ?Цивилизация это и есть в широком смысле культура? (13). Так что же в этом случае приобретаем мы, объявляя ?культуру в широком смысле? цивилизацией? Что дает нам для понимания истории и политики этот маскарад? И нельзя ведь сказать, чтобы не понимали значения этого переодевания даже сами постмодернисты. Не назвал же Хантингтон свою знаменитую книгу ?Схваткой культур?. Согласитесь, что звучало бы это несопоставимоо менее эффектно, чем ?Схватка цивилизаций?. Многие, пожалуй, сочли бы его предсказание нелепым.

ПАРАДОКСЫ ПОСТМОДЕРНИЗМА
И тут невольно закрадывается подозрение: да об одном ли и том же сюжете говорили Аристотель и Гегель, с одной стороны, и Тойнби с Броделем (и с примкнувшим к ним Валлерстайном), с другой? Классики, как мы видели, очень ясно и точно сформулировали критерии цивилизованности культур и народов. И цель их тоже ясна: объяснить, при каких условиях возможен переход от варварства к цивилизованности.
А постмодернисты, их-то цель какова? Показать, что никакого варварства не существовало ? и не существует ? и все культуры между собою равны? Но почему в таком случае лишь меньшинство культур возведены ими в ранг ?цивилизаций?, а остальные отсеяны как второсортные? Как объяснить это странное резделение культур на элитные и рядовые? И еще непонятнее, какими, собственно, критериями руководятся постмодернисты при этом разделении?
Возьмем для примера две страны, Японию и Бразилию. И у той и у другой (как, впрочем, и у всех народов в истории), есть свой характер, своя религия, свой язык, свои обычаи и традиции, словом, все, чего требуют от цивилизации Сэмюэл Хантингтон (и А.Н. Сахаров). И все же одна из них признаётся ?цивилизацией?, а другая нет. На каком, спрашивается, основании такая дискриминация? От чего она зависит?
Может быть, от величины территории? Или от численности населения? В обоих отношениях Бразилия Японию превосходит. И намного. Бразилия ? одна из самых больших стран мира (8,5 миллиона кв.км.). Япония ? страна средних размеров (377 тыс. кв. км.) В этом смысле Бразилия сопоставима скорее с Россией, чем с Японией. Население ее тоже существенно больше, чем в Японии (179 мил. человек против 128). В этом отношении Япония, в свою очередь, сопоставима скорее с Россией, чем с Бразилией. И тем не менее большинство постмодернистских авторов считает Японию самостоятельной ?цивилизацией?, а Бразилию ни один из них ?цивилизацией? не признает. Почему? Если дело не в территории и не в населении, то в чем?
Может быть, в том,что бразильская культура отщепилась в свое время от португальской? Но ведь и японская культура тоже в свое время отщепилась от китайской. Так что и это не может служить поводом для дискриминации. Но что же может служить таким поводом? Нет ответа. Это правда, что некоторые постмодернисты причисляют Японию вместе с Китаем к так называемой ?дальневосточной цивилизации?. Но таких ничтожное меньшинство, тогда как все они отказывают в ?цивилизационном? статусе Бразилии (а заодно и России) ? несмотря на превосходство их территорий и населения, не говоря уже о самостоятельных языке, традициях и характере. И главное, никто из постмодернистов не объясняет причину этого парадокса. Другими словами, не дает нам никаких оснований предполагать, что затеянный ими маскарад подчиняется каким бы то ни было правилам.

ОПРАВДАНИЕ АРХАИКИ
Между тем маскарад этот вовсе не безобидный. В особенности, когда один из главных его распорядителей Арнольд Тойнби категорически провозгласил , что ?цивилизация есть тотальность?. И никто из постмодернистов против этого не возразил ? и не возражает. (14) Но что же иное может это означать, если не противопоставление одной ?тотальности? другой? Со всеми вытекающими из этого последствиями. Например,с тотальной солидарностью, когда все народы одной ?цивилизации? обязаны встать на защиту ?своих?, каковы бы они, эти свои, ни были. Как встала в XVII веке Швеция на защиту протестантских немецких князей, а Франция на защиту католических. Или как встала в 1914 году, обрекая себя ? и мир -- на политическую катастрофу, на защиту сербов Россия. Но и это еще не все. ?Тотальность? предполагает, между прочим, также этнические чистки. Предполагает и массовые движения под лозунгами ?цивилизационной? чистоты вроде ?России для русских?. Так же,как и зеркальное его отражение ?Латвия для латышей? .
Хуже того, с триумфом ?мультицивилизационного? подхода даже террористы-убийцы из какой-нибудь Хезболлы или Аль-Каеды для нас теперь и не варвары вовсе, а, напротив, гордые защитники своей цивилизации, равноправные участники их ?схватки?, доблестно отражающие нашествие ?крестоносцев?. И публике даже в голову не приходит спрашивать об их отношении к внутреннему достоинству человека и уж тем более к свободе: сказано ведь нам, что ?каждая из цивилизаций по свому цивилизована?. Удивляться ли, что ?цивилизованность? Персидской империи требовала в V веке до н.э. стереть с лица земли демократические Афины (или в наши дни Израиль)?
И это еще не всё. Приобщая к лону цивилизации архаику древних деспотий, постмодернистское поветрие в истории и политике существенно затрудняет изучение всего, что препятствовало ? и препятствует ? политической модернизации стран Ислама. И тем самым косвенно помогает сегодняшним фанатикам прикрывать свою культурную отсталость осбенностями их веры. Такова, выходит, объективная функция этого подхода: в ?мультицивилизационной? темноте все кошки одинаково серы.

КАК БЫТЬ С РЕЛИГИЕЙ?
Парадоксально, но постмодернисты видят главное свое преимущество именно в том, в чем они наиболее уязвимы. ?Важнейшим из объективных элементов цивилизации, -- говорит Хантингтон, -- является религия?. (15) И поясняет, что ?люди одного и того же этнического происхождения и говорящие на одном и том же языке, но разной веры, могут истреблять друг друга, как случилось в Ливане, в бывшей Югославии и на [Индийском] субконтиненте?. (16) Словно бы люди одной и той же веры (принадлежащие, согласно этой логике, к одной цивилизации), не истребляют друг друга столь же свирепо, как наблюдаем мы, например, в сегодняшнем Ираке, где резня между шиитами и суннитами достигла пика. И ведь началось это не вчера. Разве еще в VII веке не убили шииты всех трех первых суннитских халифов? И разве не продолжалась эта резня столетиями ? в беспрерывных войнах между шиитской Персией и суннитской Турцией? И разве, наконец, не помогали десятилетиями ?христианнейшие? короли Франции туркам в битве против своих единоверцев Габсбургов?
Несмотря на всё это, единомышленники Хантингтона почему-то уверены, что именно непримиримость разных конфессий делает ?тотальность? цивилизаций неразрушимой, вечной, если хотите. Так ли? Начнем с того, что сама связка ?религии-цивилизации? не выдерживает, честно говоря, пристального взгляда. Даже если принять все посылки постмодернистов, всё равно не сходятся у них концы с концами. Просто потому, что существуют ?цивилизации?, не опирающиеся на одну, определенную религию, и существуют мировые религии, которые не стали основой ?цивилизаций?
Возьмите хоть первую в истории монотеистическую религию, иудаизм, одна из сект которого превратилась впоследствии в христианство. Иудаизм не положил начало никакой особой ?цивилизации?, Израиль принадлежит скорее цивилизации европейской. А ведь есть еще и буддизм. Подобно христианству, он не прижился в стране, в которой увидел свет, но, изгнанный из Индии, широко разошелся по миру. И если христианство завоевало северную Евразию, буддизм практически завоевал южную -- от Лаоса до Кореи и от Монголии до Тайланда, не говоря уже о Тибете. И тем не менее основой ?цивилизации? он не стал. Во всяком случае никто из постмодернистов ?буддистскую цивилизацию?, сколько я знаю, не упоминает
И наоборот, непонятно, какая именно религия является ?важнейшим объективным элементом?,допустим, китайской ?цивилизации?. Конфуцианство? Буддизм? А ?цивилизации? японской? Буддизм? Шинтоизм? А что если Хантингтон прав и у нас на глазах складывается ?цивилизация? африканская? Какая в этом случае религия будет править бал в Африке?
Но вот пример еще более наглядный. Будь постмодернисты правы, Германия с её католическим югом и протестантским севером просто не состоялась бы как нация-государство. Не состоялась бы и Европа. Во всяком случае во второй четверти XVII века, когда вражда между этими конфессиями вылилась в кровавую Тридцатилетнюю войну, в которую как раз и вмешались католическая Франция и протестантская Швеция, мир между ними казался невозможным. Тем более, что конфликт двух германских ?цивилизаций? на глазах превратился в общеевропейский.
Если и была когда-нибудь в истории ?схватка цивилизаций?, то как раз в этой, затянувшейся на целое поколение беспощадной конфессиональной войне она и случилась. Решений конфликта, казалось тогда, было лишь два: либо массовый переход протестантов в католичество, либо распад страны и исчезновение христианства как их общей религии. И чем же закончилось дело, какая из двух цивилизационных ?тотальностей? победила?
Да никакая. Потому что на самом деле был еще и третий, цивилизованный в аристотелевском понимании экуменический выход из конфликта конфессий. Поэтому и кончилось дело в Германии (и в Европе) вовсе не массовым переходом протестантов в католичество и уж тем более не исчезновением христианства. Кончилось примирением конфессий и растворением, если можно так выразиться, двух европейских ?цивилизаций? в одной. Это,конечно, если поверить Хантингтону, что религия действительно является ?важнейшим элементом цивилизации?.
Так, может быть, никаких таких ?цивилизаций? и не было? Тем более, что непримиримые якобы конфессии слились впоследствии в единую ?западную цивилизацию?, в существовании которой у Хангтингтона нет сегодня ни малейших сомнений ? несмотря на раздиравшую ее три столетия назад свирепую конфессиональную войну, нисколько не уступавшую сегодняшней резне между шиитами и суннитами. Вспомните хоть Варфоломеевскую ночь.
Как бы то ни было, история снова подтверждает сегодня, что никаких ?цивилизаций?, ядром которых являются религии, не бывает. Это правда, что православная Россия и по сей день не примирилась с западным христианством. Зато подавляющее большинство православных народов ? греки, болгары, румыны, черногорцы, киприоты, молдаване, македонцы, украинцы, грузины, даже сербы ? отчаянно стремятся сегодня в лоно вроде бы чуждой им, если верить постмодернистам, западной цивилизации. Какой после этого может быть разговор о ?православной цивилизации?? Распалась ведь она на наших глазах, эта ?цивилизация?. ..
Бесспорно, что многие мусульманские народы и сегодня объясняют вековую отсталость своей политической культуры, происходящую из их деспотического прошлого, столь небрежно раскассированного постмодернистами, непримиримой конфессиональной рознью с ?крестоносцами? и иудеями. Но не так ли еще в XIX веке объясняли свою политическую несовместимость с ?латинами? те же православные народы, соблазняя российских панславистов?
Но вот несколько поколений спустя (как и в случае былой, казалось бы ?тотальной? вражды между протестантами и католиками), видим мы прямо противоположную картину. Так какая же, скажите, цена ?тотальным цивилизациям? постмодернистов, пытающихся, вопреки не только истории, но и тому, что наблюдаем мы своими глазами, увековечить конфессиональную рознь, возведя её в ранг вечного закона истории?
ПРОИЗВОЛ
Но все-таки самым убийственным аргументом против постмодернистского подхода к истории и политике остается, как мы уже упоминали, его абсолютная произвольность. Хангтингтон, допустим, не устает повторять, что ?лишь семь или восемь из всего множества культур? достойны возведения в ранг цивилизаций. Но как же в таком случае быть с утверждением Тойнби, который насчитывал 21 цивилизацию (позднее даже 23)?
Допустим, что многие из двух дюжин тойнбианских ?цивилизаций? сегодня мертвы, а Хангтингтон имеет в виду лишь те, что и по сию пору живы (кстати, таких у Тойнби всего пять, а не 7 или 8). Но что же тогда делать с коллегой Хантингтона Филипом Багби, в Культуре и истории которого лишь одиннадцать ?цивилизаций? (как исторических, так и современных? 17) И как быть с Кэроллом Квигли, в чьей Эволюции цивилизаций находится место для 16 исторических ?цивилизаций? -- и еще, возможно, для восьми ?дополнительных? (18)? Тем более,что у Метью Мелко в Природе цивилизаций всего 12 исторических, из которых дожили до наших дней пять, как у Тойнби, но не те, что у Тойнби (Китайская, Японская, Индийская, Исламская и Западная. 19) А знаменитый отечественный предшественник наших постмодернистов Н.Я. Данилевский категорически настаивал, что цивилизаций (которые он, впрочем, именовал еще ?культурно-историческими типами?) было в истории ровно десять.
Крупнейший американский историк Уильям Макнилл столь же категорически не согласен. В его Возвышении Запада ?цивилизаций? всего 9, столько же, сколько у Фернана Броделя. (20) И только в Закате Запада Освальда Шпенглера (21) число ?цивилизаций? более или менее совпадает с тем, что предлагает нам Хангтингтон ? 8 (правда, ?русской цивилизации? никто из них, включая Данилевского, почему-то не обнаружил. Единственное ?государство-цивилизация?, которое они упоминают, -- Япония). Другие, впрочем, добавляют еще латиноамериканскую и православную, а Хантингтон, как мы уже говорили, даже африканскую.
Так кто же все-таки из наших уважаемых мэтров прав? И сколько на самом деле на земле цивилизаций? Как не знал я ответа на этот вопрос, когда начал знакомиться с массивной ?мультицивилизационной? литературой, так и по сию пору не знаю. Каждый из авторов очень убедительно доказывает именно свою правоту и пока его читаешь, соблазнительно с ним согласиться. Но лишь до тех пор, покуда не начинаешь читать другого. А в целом ? ответа нет. Тем более, что многочисленные проповедники ?мультицивилизационного? подхода даже и не пытаются , я не говорю примирить, но хоть как-то объяснить свои расхождения. Одним словом, невозможно избавиться от ощущения хаоса и произвола, безраздельно царящих в этом теоретическом королевстве.
* * *
Так с чем же оставляю я читателя? Выходит, с необходимостью сделать собственный выбор между классиками, у которых всё ясно, и модными постмодернистами с их дефиниционным произволом. Впечатление такое, что они просто не заметили принципиальное различие между универсальной и полной достоинства гегелевской цивилизованностью культур и народов, четко отделяющей свободных людей от варваров, и мутным ?мультицивилизационным? подходом,ставящих на одну доску жертвы варварского террора и их палачей.
Зачем, однако, может спросить читатель, простому интеллигентному человеку в сегодняшней России вникать в разницу между классической проблемой перехода от варварства к Цивилизации (с прописной буквы) и постмодернистской идеей множественности ?цивилизаций? (со строчной)? Затем, вернемся к началу нашего разговора, что именно в сегодняшней России это постмодернистское поветрие на глазах трансформируется в новую ?единственно верную? идею, способную завести не только нас с вами, но и наших правителей, ученых и пропагандистов в такой же политический тупик, в какой уже завел нас однажды марксизм-ленинизм. И было бы, согласитесь, неразумно даже не попытаться остановить эту роковую трансформацию ? пока не поздно.
ПРИМЕЧАНИЯ
1. См., например, подарочное издание История человечества. Том VIII. Россия (далее Том VIII), М., 2003. Книга вышла под редакцией А.Н. Сахарова и большая её часть написана им же. Предназначена, между прочим, представить миру последние достижения российской исторической науки.
2. Samuel Hangtington. The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order, NY, 1996, p. 41.
3. Francis Fukuyama. ?The End of History,? The National Interest, 16 (Summer 1989), pp. 4, 18.
4. Arnold Toynbee. Study of History, London, Oxford Univ. Press, 12 vols, 1934-1961, vol.1, p. 154.
5. Fernand Brodel. On History. Chicago Univ. Press, 1980. p. XXXIII.
6. A. Toynbee. Op. cit.
7. Fernand Brodel. History of Civilizations, NY. 1994.
8. Иммануил Валлерстайн. ?Миросистемный анализ?, Время мира, ?1, Новосибирск, 1998, с. 115.
9. S. Hantington. Op. cit., p. 41.
10. Том VIII, с. 30.
11. Там же, с. 2.
12. S. Hantington. Op. cit., p. 42.
13. Ibid., p. 41.
14. Quoted in Fernand Brodel On History, p. 202.
15. S. Hantington. Op. cit., p. 42.
16. Ibid.
17. Philip Bagby. Culture and History, London. 1958,
18. Caroll Quigly. The Evolution of Civilizations, NY, 1965.
19. Matthew Melko. Nature of Civilizations, Boston, 1969.
20. William H. McNeil. The Rise of the West, Univ. of Chicago Press, 1963.
21. Oswald Spengler. Untergang of the Abenlandes, Munchen, 1936. (Конечно, Шпенглер, опираясь на германскую традицию, употребляет здесь термин Kultur, противопоставляя его западным Zivilization).

#2 Вахтанг Гигабитзе

Вахтанг Гигабитзе

    самозванец и невоспитанный тип

  • Жители HomeNet
  • PipPipPipPipPipPip
  • 4,978 сообщений

Отправлено 19 October 2006 - 16:35

Александр Янов
...
ТЕЧЕНИЕ ВРЕМЕНИ ИЛИ ИСТОРИЯ?
...
СКОЛЬКО НА ЗЕМЛЕ ЦИВИЛИЗАЦИЙ?
...
КАК БЫТЬ С РЕЛИГИЕЙ?
...
"Один дурак способен задать столько вопросов, что и сотня мудрецов не ответит" © Козьма Прутков.

#3 orel

orel

    Добрый Терминатор Зла

  • Жители HomeNet
  • PipPipPipPipPip
  • 3,586 сообщений

Отправлено 19 October 2006 - 16:41

"Один дурак способен задать столько вопросов, что и сотня мудрецов не ответит" © Козьма Прутков.
Ну Вы и злы, батенька.




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных